6-я заповедь блаженства

Блажени чистии сердцем, яко тии Бога узрят.

Зачем это Господь сделал отказ святым апостолам Иакову и Иоанну с материю их в их прошении? Просили они не ху­дого, именно места в Царствии Христа Спасите­ля: «сотвори, да един одесную, а другой ошуюю сядета в Царствии Твоем» (Мф.20,21). Ужели же нельзя о сем молиться? Но ведь и заповедано: «ищите прежде Царствия Божия» (Мфю.6,33); и всех нас учит Свя­тая Церковь молиться: «Не лиши нас, Господи, Небесного Твоего Царствия». Что же за причи­на, что им отказано? После ведь они получили же Царствие и прославлены? Причина та, что они сами себе присвояли право на Царствие, и не только на Царствие, но и на определенное — самое почетное место в Царствии. А присваи­вать себе не только определенной степени славы в Царствии, но и самого Царствия нельзя; ибо дарование сие состоит в воле Отца Небесного, которой и при строгом исполнении всех усло­вий нельзя нам знать. «Несть Мое дати, — гово­рит Господь,— но ему же дано будет от Отца Моего Небесного» (Мф.20,23).

Так вот нам и урок из нынешнего Еванге­лия: не присвоять себе Царствия и, работая для получения его всеусердно, самое получение пре­давать воле Божией, чаять его, как милости от Отца нашего Небесного, работать в чаянии без притязаний, говоря себе, «яко раби неключими есмы», хотя бы сотворили и все повеленное.

Напоминать нам о сем необходимо, потому что мало-мало потрудимся, и начинаем «трубить пред собою» (Мф.6,6), высить себя и ставить в ряд святых и ве­ликих, и хоть языком смиренно о себе говорим, в сердце же чувствуем иначе, и сами себя тем губим по неразумию и неосмотрительности. Со страхом и трепетом надлежит совершать нам свое спасе­ние, а не предписывать дерзновенно Богу зако­нов даровать нам его. Бегайте же сей немощи пагубной, а то, на чем можно основывать такое правило и такую уверенность, толкуйте совсем иначе — в видах смирения, а не самовозношения.

Что расположило сынов Зеведеевых и мать их обратиться к Господу с таким прошением? То, во-первых, что они принадлежали к числу верующих, которым дарованы великие обетова­ния; то, во-вторых, что оказывали Господу в про­должение Его пребывания на земле особенное служение, ибо мать служила Ему от имений своих вместе с другими; то, в-третьих, что уже полу­чили от Господа знаки особенного благоволения и близости. Все подобное уместно и у нас. Но во всем этом - не повод к притязаниям, а толь­ко побуждение к смирению и большему ревнованию о получении Царствия.

И у нас присвояет иной себе Царствие ради того, что он христианин, а христианам сказано: «веруяй в Сына, иматъ Живот Вечный» (Ин.3.36). Истин­но так есть. Христианам принадлежит Царствие Божие. Оно и устроено только для христиан. Но надо быть истинным христианином, чтоб при­своить себе то, что обещано христианам. Но ис­тинный ли каждый из нас христианин, сего мы сами определить никак не можем. А определит то в будущем Сам Господь, одному говоря: «благий рабе», а другому: «рабе ленивый и луковый» (Мф.25,23,26) Так в том, что мы христиане, не основание к при­тязаниям, а побуждение к смирению, страху и большему ревнованию о том, чтоб, явить себя истинными христианами.

И у нас иной присвояет себе Царствие ради того, что совершает какое-либо служение Господу. Попостится иной, походит в церковь, молится дома, милостыню подаст, устроит богадельню и еще как потрудится ради Господа — и начинает думать, что уже попал во святые, и присвоять себе светлые обители Небесные. Похвальны все сии труды и необходимы в деле спа­сения. Но не ими одними довольствуется Гос­подь; а что говорит? «Сыне, даждь Ми сердце» (Притч.23,26). Кроме дел благочестия и трудов доброделания, надобно Господу посвятить еще и все чувства сердца. А посвящены ли сии чувства, сие знать определенно может одно Всевидящее око Божие, от нас же сокрывается сие самолюбием нашим. Так из того, что трудились, не к тому надо доходить, чтоб дерзновенно присвоять себе достоинство близких к Богу, а иметь в том побуждение к страху; или опасливому помышлению: «Так ли мы течем, не потрудиться бы нам напрасно?» Чтобы отсюда восходить к ревности — тщатель­но наблюдать за движениями сердца и их ста­раться исправлять и направлять к Господу, чтоб ничего не любить, кроме Его, и если к чему бы­ваем расположены, быть расположенными к тому только ради Господа.

И у нас присвояет себе иной Царствие ра­ди того, что получает иногда признаки особен­ного благоволения Божия; или приближения Его, каковы: особенное углубление в молитве, особенное просветление мыслей, сердечная теплота, чувство крепости нравственной и внешнее по­кровительство Божие в делах житейских и граж­данских. Все сие бывает и есть действительно признак особенного благоволения Божия и ми­лости; но не к тому сие должно располагать, чтоб думать: «Вот, уже достигли», а чтобы более рас­паляться ревностию о достижении, подобясь Апостолу, который и после того, как получил дарование, говорил: «гоню, аще постигну» (Флп.3,12), то есть стремлюсь более и более — не достигну ли? Когда отец гладит по головке дитя свое или дает ему конфеты за то, что оно начинает разбирать буквы и складывать, значит разве это, что отец считает дитя совершенным? И дитя хорошо бы разве сделало, если б, возмечтав, что оно сравня­лось уже с хорошим чтецом, бросило азбуку? Вот тоже и у нас. Знаки особенного благоволе­ния Божия подаются не затем, чтоб заявить окон­чательное совершенство того, кто их получает, а затем, чтоб возбудить его ревновать более и бо­лее о начатом — в уверенности, что не вотще течет; но достигнет ли конца, получит ли и что получит, то в воле общего всех Домовладыки.

Итак, нет оснований, по которым бы можно было, нам присвоять себе Царствие. «Как же быть? — скажет иной.— Ведь это может рас­слаблять всякую охоту. Из чего же трудиться?» Трудись в чаянии получить без присвоения себе права и притязаний. Путь, которым течем, верен и прямо ведет в Царствие Небесное. И обрати всю свою ревность на то, чтоб тещи по сему пути верно, без уклонений,— и несомненно придешь во врата Царствия; но наперед себе сего не присвояй. Отдай сие право Господу, чтоб получить от Него сие как милость. Вот посмотрите, как в сем отношении действовали святые Божий. Один святой великими просиял добродетелями, но, когда умирал, плакал. Братия спрашивали: «Ужели и ты боишься, отче?» Он отвечал: «Всю жизнь мою я ревновал идти истинным путем, но не знаю, что определит о мне милостивый Вла­дыка». Другого святого сатана всячески старал­ся искусить самоприсвоением себе спасения. Когда умирал он, сатана говорил ему: «Победил ты меня (а это то же, что спастись и в Царство Божие внити)». Святой отвечал: «Ты ложь и лжешь, что я победил тебя. Еще не пришло вре­мя сказать сие». При прохождении чрез мытар­ства сатана опять говорит святому: «Победил ты меня».— «Отойди, лукавая прелесть,— от­вечал святой,— еще не пришло время гово­рить так». Когда святой входил в самые врата Царствия, сатана издали кричал: «Победил ты меня». Святой отвечал: «Теперь верую, что ты побежден; но не я победил тебя, а Господь мой Иисус Христос во мне, недостойном, победил тебя».    

Вот как надо бегать присвоения себе Царствия, при всех трудах о получении его. Но совсем не затем, чтоб расслабляться в ревновании или склоняться на нечаяние получить Царствие; а затем, чтоб, со страхом и трепетом содевая свое спасение, все более и более распаляться ревностию о получении его. Трудись без щадения сил и живота: но не засматривайся на то, что сделано, и не мечтай о том, что следует получить за сделанное, а все внимание обрати на то, что пред лежит еще тебе сделать, и бойся пропустить что из того, что надлежит тебе делать. Трудись в чаянии несомненном без присвоения.

А отчаиваться не должно. Смотрите на Ма­рию Египетскую. Ей посвящается нынешнее воскресенье. По обращении от греховной жизни ко Господу, каких не подъяла она трудов? Но до самой смерти все говорила: «Грешница я непот­ребная, недостойна никаких милостей Божиих». И это тогда даже. Как по прозорливости и имя Зосимы угадала. Иначе ведь и нельзя. Кто истинно трудится, тот видит ясно, что, если не по­мощь Божия, ничего, не сделаешь. Как этот урок повторяется всю жизнь, то и образуется в сердце одно убеждение, что наше — одно худое, всё доброе - от Господа. А отсюда что остается? Остается одно,— вопиять: «Боже, милости буди нам грешным!» Но без всякого движения отчаяния или даже нечаяния. Вот и Господь, когда предложил сынам Зеведеевым условие: «можете ли пить чашу» — и они обещались: «можем» (Мф.20,22), то есть приняли условие, не сказал им: «Не получите», а только сказал, что «несть Мое дати, а емуже благоволит Отец Мой дать» (Мф.20,23). То есть: «Пейте чашу, несите все трудности, сопряжен­ные с последованием Мне, но получение за то Царствия и степени славы в Царствии предай­те в волю Отца Моего Небесного». А это то же, что — трудись в чаянии без присвоения. Вот «тако тецыте» и вы, братие, «да постигнете!» (1Кор.9,24). Аминь.

9 апреля 1861года